Неточные совпадения
— Ваше сиятельство! не сойду с места, покуда не получу
милости! — говорил <Чичиков>, не выпуская сапог князя и проехавшись, вместе с ногой, по полу
в фраке наваринского пламени и дыма.
— Говорю, Павел Иванович, что
в коляске-де вашей
милости хорошо-с ехать, получше-с, как
в бричке — не трясет.
— Так уж того-с, Константин Федорович, уж сделайте
милость… посбавьте, — говорил шедший по другую сторону заезжий кулак
в синей сибирке.
— Извините меня: я, увидевши издали, как вы вошли
в лавку, решился вас побеспокоить. Если вам будет после свободно и по дороге мимо моего дома, так сделайте
милость, зайдите на малость времени. Мне с вами нужно будет переговорить.
Его только из
милости пригласили, и то потому, что он с Петром Петровичем
в одной комнате стоит и знакомый его, так неловко было не пригласить».
Эта гордость, хотя и заслуженная, не понравилась почему-то Катерине Ивановне: «
в самом деле, точно без Амалии Ивановны и стола бы не сумели накрыть!» Не понравился ей тоже и чепец с новыми лентами: «уж не гордится ли, чего доброго, эта глупая немка тем, что она хозяйка и из
милости согласилась помочь бедным жильцам?
«Недели через три на седьмую версту, [На седьмой версте от Петербурга,
в Удельной, находилась известная больница для умалишенных.]
милости просим! Я, кажется, сам там буду, если еще хуже не будет», — бормотал он про себя.
Милость чужого короля, да и не короля, а паскудная
милость польского магната, который желтым чеботом своим бьет их
в морду, дороже для них всякого братства.
Она терпела оскорбления, даже побои; она видела из
милости только оказываемые ласки, она была какое-то странное существо
в этом сборище безженных рыцарей, на которых разгульное Запорожье набрасывало суровый колорит свой.
Разница та, что вместо насильной воли, соединившей их
в школе, они сами собою кинули отцов и матерей и бежали из родительских домов; что здесь были те, у которых уже моталась около шеи веревка и которые вместо бледной смерти увидели жизнь — и жизнь во всем разгуле; что здесь были те, которые, по благородному обычаю, не могли удержать
в кармане своем копейки; что здесь были те, которые дотоле червонец считали богатством, у которых, по
милости арендаторов-жидов, карманы можно было выворотить без всякого опасения что-нибудь выронить.
—
В другое время когда-нибудь,
в праздник; и вы к нам,
милости просим, кофе кушать. А теперь стирка: я пойду посмотрю, что Акулина, начала ли?..
Пекли исполинский пирог, который сами господа ели еще на другой день; на третий и четвертый день остатки поступали
в девичью; пирог доживал до пятницы, так что один совсем черствый конец, без всякой начинки, доставался,
в виде особой
милости, Антипу, который, перекрестясь, с треском неустрашимо разрушал эту любопытную окаменелость, наслаждаясь более сознанием, что это господский пирог, нежели самым пирогом, как археолог, с наслаждением пьющий дрянное вино из черепка какой-нибудь тысячелетней посуды.
— Какой еще жизни и деятельности хочет Андрей? — говорил Обломов, тараща глаза после обеда, чтоб не заснуть. — Разве это не жизнь? Разве любовь не служба? Попробовал бы он! Каждый день — верст по десяти пешком! Вчера ночевал
в городе,
в дрянном трактире, одетый, только сапоги снял, и Захара не было — все по
милости ее поручений!
У Обломова
в кабинете переломаны или перебиты почти все вещи, особенно мелкие, требующие осторожного обращения с ними, — и всё по
милости Захара. Он свою способность брать
в руки вещь прилагает ко всем вещам одинаково, не делая никакого различия
в способе обращения с той или другой вещью.
«Доношу твоей барской
милости, что у тебя
в вотчине, кормилец наш, все благополучно.
В недоимках недобор: нынешний год пошлем доходцу, будет, батюшка ты наш, благодетель, тысящи яко две помене против того года, что прошел, только бы засуха не разорила вконец, а то вышлем, о чем твоей
милости и предлагаем».
— А счастье наше —
в хлебушке:
Я дома
в Белоруссии
С мякиною, с кострикою
Ячменный хлеб жевал;
Бывало, вопишь голосом,
Как роженица корчишься,
Как схватит животы.
А ныне,
милость Божия! —
Досыта у Губонина
Дают ржаного хлебушка,
Жую — не нажуюсь...
Трудись! Кому вы вздумали
Читать такую проповедь!
Я не крестьянин-лапотник —
Я Божиею
милостьюРоссийский дворянин!
Россия — не неметчина,
Нам чувства деликатные,
Нам гордость внушена!
Сословья благородные
У нас труду не учатся.
У нас чиновник плохонький,
И тот полов не выметет,
Не станет печь топить…
Скажу я вам, не хвастая,
Живу почти безвыездно
В деревне сорок лет,
А от ржаного колоса
Не отличу ячменного.
А мне поют: «Трудись...
Они у прежнего помещика были на оброке, он их посадил на пашню; отнял у них всю землю, скотину всю у них купил по цене, какую сам определил, заставил работать всю неделю на себя, а дабы они не умирали с голоду, то кормил их на господском дворе, и то по одному разу
в день, а иным давал из
милости месячину.
И о сем госпожа моя
в присутствии своего супруга мне возвестила яко отменную мне
милость.
Городничий. Ах, боже мой! Я, ей-ей, не виноват ни душою, ни телом. Не извольте гневаться! Извольте поступать так, как вашей
милости угодно! У меня, право,
в голове теперь… я и сам не знаю, что делается. Такой дурак теперь сделался, каким еще никогда не бывал.
Хлестаков. Я, признаюсь, литературой существую. У меня дом первый
в Петербурге. Так уж и известен: дом Ивана Александровича. (Обращаясь ко всем.)Сделайте
милость, господа, если будете
в Петербурге, прошу, прошу ко мне. Я ведь тоже балы даю.
Хлестаков. Сделайте
милость, Артемий Филиппович, со мной странный случай:
в дороге совершенно издержался. Нет ли у вас денег взаймы — рублей четыреста?
Купцы. Так уж сделайте такую
милость, ваше сиятельство. Если уже вы, то есть, не поможете
в нашей просьбе, то уж не знаем, как и быть: просто хоть
в петлю полезай.
Слесарша (кланяясь
в ноги).
Милости прошу…
Коробкин.
В следующем году повезу сынка
в столицу на пользу государства, так сделайте
милость, окажите ему вашу протекцию, место отца заступите сиротке.
Слесарша.
Милости прошу: на городничего челом бью! Пошли ему бог всякое зло! Чтоб ни детям его, ни ему, мошеннику, ни дядьям, ни теткам его ни
в чем никакого прибытку не было!
Возвратившись
в затрапезке из изгнания, она явилась к дедушке, упала ему
в ноги и просила возвратить ей
милость, ласку и забыть ту дурь, которая на нее нашла было и которая, она клялась, уже больше не возвратится.
У всех домашних она просила прощенья за обиды, которые могла причинить им, и просила духовника своего, отца Василья, передать всем нам, что не знает, как благодарить нас за наши
милости, и просит нас простить ее, если по глупости своей огорчила кого-нибудь, «но воровкой никогда не была и могу сказать, что барской ниткой не поживилась». Это было одно качество, которое она ценила
в себе.
И опять начала рассказывать о том, что более всего интересовало ее, о крестинах внука, для которых она ездила
в Петербург, и про особенную
милость Государя к старшему сыну.
Но дело
в том, ― она, ожидая этого развода здесь,
в Москве, где все его и ее знают, живет три месяца; никуда не выезжает, никого не видает из женщин, кроме Долли, потому что, понимаешь ли, она не хочет, чтобы к ней ездили из
милости; эта дура княжна Варвара ― и та уехала, считая это неприличным.
— Помилуйте, батюшка, как можно! — залепетал Тимофеич (он вспомнил строгий наказ, полученный от барина при отъезде). —
В город по господским делам ехали да про вашу
милость услыхали, так вот и завернули по пути, то есть — посмотреть на вашу
милость… а то как же можно беспокоить!
— Ну, Лиса Патрикевна, пошла хвостом вилять!.. Я его дождусь, — с сердцем проговорил Павел и ударил рукой по столу. — А, да вот он и жалует, — прибавил он, взглянув
в окошко, — легок на помине.
Милости просим! (Он встал.)
—
Милости просим. Да покойно ли тебе будет
в сарае? Я прикажу бабам постлать тебе простыню и положить подушку. Эй, бабы! — вскричал он, поднимаясь с места, — сюда, бабы!.. А ты, Федя, поди с ними. Бабы ведь народ глупый.
— Батюшка, разорил вконец. Двух сыновей, батюшка, без очереди
в некруты отдал, а теперя и третьего отнимает. Вчера, батюшка, последнюю коровушку со двора свел и хозяйку мою избил — вон его
милость. (Он указал на старосту.)
— Вы, милостивый государь, войдите
в мое положение… Посудите сами, какую, ну, какую, скажите на
милость, какую пользу мог я извлечь из энциклопедии Гегеля? Что общего, скажите, между этой энциклопедией и русской жизнью? И как прикажете применить ее к нашему быту, да не ее одну, энциклопедию, а вообще немецкую философию… скажу более — науку?
— А я, батюшка, не жалуюсь. И слава Богу, что
в рыболовы произвели. А то вот другого, такого же, как я, старика — Андрея Пупыря —
в бумажную фабрику,
в черпальную, барыня приказала поставить. Грешно, говорит, даром хлеб есть… А Пупырь-то еще на
милость надеялся: у него двоюродный племянник
в барской конторе сидит конторщиком; доложить обещался об нем барыне, напомнить. Вот те и напомнил!.. А Пупырь
в моих глазах племяннику-то
в ножки кланялся.
«Здесь продаются разных мастей лошади, приведенные на Лебедянскую ярмарку с известного степного завода Анастасея Иваныча Чернобая, тамбовского помещика. Лошади сии отличных статей; выезжены
в совершенстве и кроткого нрава. Господа покупатели благоволят спросить самого Анастасея Иваныча; буде же Анастасей Иваныч
в отсутствии, то спросить кучера Назара Кубышкина. Господа покупатели,
милости просим почтить старичка!»
— Здравствуй, батюшка,
милости просим, — медленно раздался за моей спиной сочный и приятный голос. Я оглянулся: передо мною,
в синей долгополой шинели, стоял старик среднего роста, с белыми волосами, любезной улыбкой и с прекрасными голубыми глазами.
— Я бы его, для вашей
милости,
в чуланчик запер, — продолжал он, указывая на мужика, — да, вишь, засов…
— Дюже много! Да вы уж сделайте
милость, ваше благородие, пожалуйте к ним
в комнату.
— Вы что? а вы с этой старой ведьмой, с ключницей, не стакнулись небось? Небось не наушничаете, а? Скажите, не взводите на беззащитную девку всякую небылицу? Небось не по вашей
милости ее из прачек
в судомойки произвели! И бьют-то ее и
в затрапезе держат не по вашей
милости?.. Стыдитесь, стыдитесь, старый вы человек! Ведь вас паралич того и гляди разобьет… Богу отвечать придется.
Сердце старика закипело, слезы навернулись на глаза, и он дрожащим голосом произнес только: «Ваше высокоблагородие!., сделайте такую божескую
милость!..» Минский взглянул на него быстро, вспыхнул, взял его за руку, повел
в кабинет и запер за собою дверь.
«Я мог бы написать рассказ об этой девице, — подумал Самгин. — Но у нас, по
милости Достоевского, так много написано и пишется о проститутках. “
Милость к падшим”. А падшие не чувствуют себя таковыми и
в нашей
милости — не нуждаются».
— Парацельс? Агриппа, — а? — пробормотал
в плечо ему Лютов, беспокойно и тихо. —
Милости прошу… хэ-хэ!
Нехаева,
в белом и каком-то детском платье, каких никто не носил, морщила нос, глядя на обилие пищи, и осторожно покашливала
в платок. Она чем-то напоминала бедную родственницу, которую пригласили к столу из
милости. Это раздражало Клима, его любовница должна быть цветистее, заметней. И ела она еще более брезгливо, чем всегда, можно было подумать, что она делает это напоказ, назло.
В течение ближайших дней он убедился, что действительно ему не следует жить
в этом городе. Было ясно:
в адвокатуре местной, да, кажется, и у некоторых обывателей, подозрительное и враждебное отношение к нему — усилилось. Здоровались с ним так, как будто, снимая шапку, оказывали этим
милость, не заслуженную им. Один из помощников, которые приходили к нему играть
в винт, ответил на его приглашение сухим отказом. А Гудим, встретив его
в коридоре суда, крякнул и спросил...
— А я тут шестой день, — говорил он негромко, как бы подчиняясь тишине дома. — Замечательно интересно прогулялся по
милости начальства, больше пятисот верст прошел. Песен наслушался — удивительнейших! А отец-то,
в это время, — да-а… — Он почесал за ухом, взглянув на Айно. — Рано он все-таки…
— Проследовал, значит? — растерянно бормотал старичок. — Ах ты, господи! А мне представляться ему надо было. Подвел меня племянник, дурак, вчерась надо было ехать, подлец! У меня,
милостью его величества, дело
в мою пользу решено, — понимаете ли…
Он особенно недоумевал, наблюдая, как заботливо Лидия ухаживает за его матерью, которая говорила с нею все-таки из
милости, докторально, а смотрела не
в лицо девушки, а
в лоб или через голову ее.